Мусульмане Урала в годы Великой Отечественной войны

Красноармейцы-мусульмане, населяющие значительную часть регионов СССР, в том числе и Урала, сыграли большую роль в достижении общей Великой Победы. Достаточно вспомнить уральского парня Шакиряна Юнусовича Мухаметзянова (Александра Матросова) из д. Кунакбаево Учалинского района Башкирии, подвиг которого вошёл в анналы военной истории.

Среди причин Великой Победы, которую одержал советский народ над фашистской Германией, называют и гений ряда военных руководителей Красной Армии, и героизм советских солдат и рабочих, ковавших победу в тылу, и исчерпание военных ресурсов третьего рейха, но среди прочего редко вспоминают о вере и побуждаемом ею чувстве глубокого патриотизма. Не зря на время войны приходится ослабление антирелигиозной политики советских властей, не зря в Москве в Парке Победы на Поклонной горе построены храмы традиционных конфессий в память всех, кто положил жизнь во имя свободы нашей страны. Среди них есть и Мемориальная мечеть, ведь красноармейцы-мусульмане, населяющие значительную часть регионов СССР, в том числе и Урала, сыграли большую роль в достижении общей Великой Победы. Достаточно вспомнить уральского парня Шакиряна Юнусовича Мухаметзянова (Александра Матросова) из д. Кунакбаево Учалинского района Башкирии, подвиг которого вошёл в анналы военной истории.

Они сражались за Родину

По подсчётам екатеринбургского исследователя Р. Л. Исхакова, в Книге памяти Свердловской области, опубликованной в середине 1990-х гг., насчитывается 7240 фамилий татар и башкир, погибших на фронтах ВОВ. Из татарской деревни Васькино Свердловской области на фронт ушли почти все мужчины – 200 человек. Многие мусульмане Урала стали Героями Советского Союза. В частности, знаменитые лётчики-пермяки: полковник З. Исхаков, капитан А. Гатауллин, А. Ахмаметьев и многие другие. Рядовые граждане, исповедующие Ислам, наряду с представителями других религиозных конфессий проявляли порыв массового героизма. Нельзя сказать, что мусульмане чем-то отличались от немусульман в своём желании внести вклад в Победу. И вера помогала им в дни суровых испытаний. «Я вырос в верующей семье, – вспоминает тюменский ветеран ВОВ Хабибулла Якин. – Мой дед, бабушка, отец и мать читали намаз. Молитву я выучил ещё в детстве. Но, не зная, что это молитва, называл её песней моего деда. Мать и отец шутливо говорили: «Всё время пой песню своего деда»… Поднимались в атаку, а я кричал «такбир!». Видимо, это придавало моим товарищам какую-то уверенность. Они кричали: «Пой свою татарскую песню!»

Репрессии

Война заставила мусульман Урала сплотиться и забыть о тех невзгодах, которые выпали на долю верующих людей в тяжёлые 1930-е годы. В предшествующей ВОВ борьбе с «религиозными пережитками» и служителями культа государство шло на крайние меры. По данным КГБ Башкортостана, в 1930-е годы был репрессирован 671 имам, при этом половина репрессированных была расстреляна. В Тюменской области было репрессировано 30 имамов и муэдзинов, столько же, по нашим подсчётам, в Челябинской области, в Свердловской известно о 18 репрессированных имамах. К началу войны были закрыты почти все мечети. Если в 1934 г. в Башкортостане было 924 мусульманских прихода, то в 1944 – лишь 12. Не осталось ни одной работающей мечети и в Молотовской области. В Свердловской области было закрыто 42 мечети, действующей осталась лишь одна – в деревне Новый Бугалыш ныне Красноуфимского района. К началу войны и на Южном Урале были закрыты почти все мечети. Этот процесс по инерции продолжался и с началом войны. В письме-отказе тюменского исполкома, опубликованном тюменскими историками, сообщается о том, что с «Градо-Тюменской мечети» в 1942 г. был снят минарет.

Поворотный момент

Но уже с началом ВОВ отношение к верующим начинает меняться. 17 сентября 1941 г. Бюро Свердловского Обкома КПСС выпустило постановление «О закрытии ряда церквей в области в период военного времени», в котором отчасти признало ошибочной политику по закрытию культовых сооружений. Об изменении религиозной политики в уральских регионах можно судить по позиции региональных отделений Союза воинствующих безбожников (СВБ). В обращении Облсовета СВБ Свердловской области к председателям райсоветов организации конца 1941 г. рекомендовалось осторожнее относиться к вопросам антирелигиозной пропаганды и агитации, так как «всякое оскорбление религиозного чувства в данный момент является опаснейшей ошибкой, выгодной только врагам нашей Родины». В свою очередь руководство СВБ Прикамья отмечало: «В агитационно-пропагандистской работе в настоящее время основная задача Советов СВБ состоит в том, чтобы весь имеющийся антирелигиозный актив использовать для проведения антифашистской пропаганды. Разоблачение германского фашизма в данной обстановке является важнее, чем другая работа СВБ». А своим циркулярным письмом под грифом «секретно» просило предоставить рай- и горотделы по пропаганде и агитации «информацию о положительной роли религиозных организаций в деле оказания помощи и содействия советскому народу и Красной армии в их борьбе против фашизма».

Позиция верующих

И мусульмане Урала не замедлили показать свой патриотизм. В мае 1942 г. в Уфе состоялся съезд представителей исламских религиозных деятелей и верующих страны. Выступая на нём, председатель ЦДУМ муфтий Габдрахман Расулев говорил: «Нет ни одного правоверного, чей сын, брат или отец не дрались бы сегодня с немцами, отстаивая с оружием в руках нашу общую Родину, так же, как и нет, наверное, ни одного, кто бы в тылу не помогал делу победы своим трудом на фабриках и заводах. Ибо мы, мусульмане Советского Союза, хорошо помним слова великого Пророка Мухаммада (мир ему и благословение): «Любовь к Родине и её защита являются одним из условий веры». Этот документ был направлен во все уцелевшие мечети страны, после его прочтения в мечетях был начат сбор денег, одежды, продуктов для нужд фронта и поддержки семей военнослужащих. Принято считать, что патриотическая позиция религиозных лидеров сыграла значительную роль в некоторой либерализации политики советского правительства по отношению к религии в военные и послевоенные годы.

Это выразилось в том, что осенью 1943 г. правительство одобрило идею создания сразу трёх Духовных управлений мусульман: ДУМ Средней Азии и Казахстана, чуть позднее ДУМ Северного Кавказа и ДУМ Закавказья. Прекратилось преследование имамов и верующих. В 1944 г. в Уральском регионе возобновили службу 88 православных церквей и 17 культовых учреждений других конфессий. В частности, в 1944 г. по ходатайству мусульман г. Троицка Челябинской области здание III соборной мечети, в котором квартировали культурные и военные учреждения, было передано мусульманам в бессрочную аренду для «совершения религиозных обрядов». 9.09.1942 было принято секретное решение малым составом исполкома горсовета Челябинска «О передаче здания бывшей мечети в распоряжение общины верующих мусульман». Однако из-за нехватки помещений для размещения фондов краеведческого музея, находившихся в здании челябинской Ак-Мечети, решение осталось невыполненным.

Насколько важным для верующих мусульман Урала был такой институт как мечеть, показывает следующий случай. Женщины из с. Кояново Пермского района Молотовской области во время ВОВ, дабы не реквизировали мечеть под нужды школы, своими руками вырубили лес и построили школу. Таким образом, здание мечети, отобранное у мусульман в конце 1930-х гг., было сохранено и возвращено в 1948 г. Открытие мечетей имело место и в послевоенные годы. Так, вернувшимся с фронта челябинским мусульманам во главе с Н. Ахметжановым и Н. Динмухаметовым лично И. В. Сталин в 1946 г. дал разрешение на открытие в пригороде Челябинска – хуторе Миасском – мечети, которая наряду с мечетью г. Троицка была единственной в Челябинской области, работавшей на протяжении всего советского времени.

Этнический состав мусульман Урала

В годы войны существенно изменился и этнический состав мусульман Урала. В 1944 г. решением Государственного комитета обороны 228 тысяч крымских татар были переселены с исторической родины в Узбекистан, Молотовскую (Пермскую) и Свердловскую области. В Пермских и Свердловских землях оказалось 88 тысяч крымских татар. Будучи спецпоселенцами, они работали на ряде предприятий, в частности на Вогульском мехлесопункте.

Ещё ранее, в конце 1941 г., предприятия и стройки Урала стали пополняться рабочей силой за счёт мобилизованных в Среднеазиатском военном округе. Отправлявшиеся на Урал строительные батальоны и рабочие колонны, сформированные НКО и военными наркоматами, состояли из военнообязанных старших возрастов, а также негодных к строевой службе. Эти люди призывались через военкоматы, и их служба в трудовых армиях рассматривалась как военная. Направлявшиеся на определённый объект рабочие колонны, включающие несколько отрядов, возглавлялись политкомиссарами – партийными работниками среднего звена из национальных республик. Уже в первые годы войны на предприятиях Молотовской области работало 12692 трудмобилизованных из Средней Азии, в Челябинской области их численность к 1943 г. превысила 35 тыс., в Свердловской области – 27 тыс., в Оренбургской области – 8 тыс. чел. На ряде предприятий Уральского экономического района власти, учитывая национальные (религиозные) традиции узбеков, организовали узбекские чайханы и нацменклубы, так как мусульмане из Средней Азии опасались есть русскую еду, поскольку она была не халяльной, т. е. ритуально не чистой. На основе исторических документов и немногочисленных публикаций сложно говорить об их отношении к религии. Но из воспоминаний ряда работников Уралмашзавода видно, что узбеки вступали в контакт с представителями татаро-башкирских мусульманских общин, негласно действовавших на предприятии. Приходили к ним в гости, угощали пловом и сухофруктами, вместе читали намаз.

Война сплотила многонациональный советский народ, и мусульмане показали себя достойными сынами Отечества – и своим героизмом на поле брани, и самоотверженным трудом на полях и заводах, и бескорыстной помощью солдатам и семьям эвакуированных.

Вклад мусульман нашей страны в дело разгрома германского фашизма незабываем. Большое значение периода Великой Отечественной войны для истории ислама в России и на Урале заключается и в том, что немецко-фашистская угроза приостановила процесс тотальной войны государства против религии, что позволило мусульманам страны сохранить свои религиозные традиции. Это стало базой для религиозного возрождения, начавшегося в нашей стране с конца 1980-х гг. и интенсивно продолжающегося в настоящее время.